многоэтажные дворцы: ищем эстетику в жк 2000-х

Капиталистический романтизм, или капром, — именно такое название получила та самая архитектура нулевых, как символ перехода к капитализму и образовавшейся свободы в сфере строительства. Подробно мы разбирали это понятие в интервью с автором термина — архитектором и исследователем архитектуры Даниилом Веретенниковым, а сегодня снова погуляем по Москве и выделим пять ключевых тенденций жилых комплексов 2000–х. Порой странных, противоречивых, но по-своему выразительных и запоминающихся.

Высотность

После распада СССР и перехода к рынку в жилищном строительстве многое изменилось. Появились покупатели с разным уровнем дохода, да и люди в принципе получили возможность покупать квартиры. Ещё на рынок вышли частные застройщики, которые, понятно, хотели зарабатывать. Но строить было непросто. Новой Москвы тогда не было, а земля внутри МКАД уже стоила дорого. Чтобы проекты окупались, девелоперам приходилось искать решения. Одним из таких решений стали высотные дома. На небольшом участке можно было построить больше квартир и, соответственно, больше продать. К тому же свободного места в Москве уже тогда было не так много.

i

Так в городе начали появляться жилые комплексы-башни: «Континенталь» у Серебряного Бора, «Миракс-Парк» в Тропарёво, «Тимирязевский» рядом с одноименной станцией метро, «Дом на Мосфильмовской» и другие.

i

Мой любимый пример — ЖК «Воробьёвы горы». Он находится между станциями Минская и Ломоносовский проспект и состоит из семи башен разной высоты. Для начала 2000-х это был смелый проект. Его построили в 2004 году, и долгое время он входил в число самых высоких жилых домов в Москве: 48 этажей и примерно 188 метров.

i

А ещё в стилобате комплекса расположен недостроенный торговый центр.

Гигантизм

Если комплексы всё же строили не вверх, а вширь, то делали это с размахом. Получались почти «города в городе» — огромные здания на тысячи жителей со своей инфраструктурой, будто из книг фантастов. К таким примерам относятся ЖК «Дом на Беговой», который из-за формы часто называют «домом-расчёской», и ЖК «Загорье» в Бирюлёво, занявший практически целый квартал.

i

Отдельно в этом направлении выделяется архитектор Владимир Плоткин. Ему удавалось одновременно решать задачи застройщика и делать проекты с ярким, узнаваемым стилем.

i

Среди его работ — ЖК «Авеню-77» в Чертаново, «Аэробус» в районе Аэропорт и «Триколор» на Проспекте Мира. Даже на первый взгляд у них много общего: это крупные прямоугольные объёмы с чёткой, почти строгой геометрией.

i

Владимир Плоткин называет такой подход «матрицей». Стена здесь будто теряет ощущение массивности: это уже не тяжёлая поверхность с окнами, а скорее небо, разделённое на множество ячеек.

Необычные формы

Высотки и гигантские «города в городе» — это далеко не всё. В 2000-е архитекторы вообще активно экспериментировали с формой. Типовое строительство ушло в прошлое, жёстких ограничений стало меньше, и у многих буквально развязались руки. В итоге в Москве появилось немало зданий с необычной, иногда даже странной внешностью. Им быстро придумали народные названия: «Дом-парус», «Дом-яйцо», «Дом-пирамида».

С «Пирамидой», кстати, связана полулегендарная история. Говорят, что её проектировал итальянский архитектор на деньги из Египта — отсюда и такая форма. Насколько это правда, до конца не ясно, но версия красивая.

Отдельный тренд того времени — арки. Архитекторы явно соревновались, у кого получится больше и эффектнее. Например, в доме на Мосфильмовской, 53 сделали огромную сквозную арку. А в некоторых проектах пошли ещё дальше и придали форму арки всему зданию — как в ЖК «Arco di Sole» на Электрозаводской.

i

Классические мотивы

Пожалуй, главный тренд эпохи — обращение к стилям прошлого: неоклассицизму, сталинскому ампиру, иногда даже к готике. После долгого периода модернизма и брутализма, которые многим казались слишком строгими и однообразными, появился запрос на более выразительную и «нарядную» архитектуру. Людям хотелось жить не просто в доме, а в чём-то статусном и заметном — и девелоперы это быстро уловили. Одним из самых ярких архитекторов в этом направлении стал Андрей Трофимов. Он автор таких проектов, как «Триумф-Палас» и «Алые паруса».

i

«Триумф-Палас» — это явная отсылка к сталинским высоткам: огромный комплекс площадью около 163 тысяч квадратных метров и высотой 264 метра. На момент постройки это было самое высокое здание в Европе.

i

«Алые паруса» уступают по масштабу, но не по декоративности. Это как будто небоскрёб, который могли бы построить ещё в XIX веке: 48 этажей, колонны, шпили, карнизы, а вокруг — фонтаны, сады и даже собственный маяк.

i

Элитность

Ещё одна важная черта жилых проектов 2000-х — почти все они подавались как жильё бизнес-класса. Большие квартиры, лучшая шумоизоляция, подземные паркинги, закрытые дворы с охраной — всё это становилось стандартом для таких комплексов. Причём огороженная территория играла особую роль. Она давала не только ощущение безопасности, но и добавляла проекту статуса — для многих это было важным аргументом при покупке. А за чувство приватности, как известно, готовы платить.

i

Поэтому часть застройщиков делала ставку не на высотки, а на более камерные проекты — небольшие комплексы, чем-то похожие на элитные коттеджные посёлки. Жили там, соответственно, люди с высоким статусом. В пример можно привести такие комплексы, как «Золотые Ключи» у Минской или «Остров Фантазий» и «Долина грёз» в Крылатском.

i