как мы волонтёрили с реставраторами советского панно

Как советское панно превратилось в находку реставраторов?

До конца 60-х о кинотеатре «Арктика» мало кто знал за пределами Лосиноостровского района. Известности прибавилось после концерта Высоцкого, с которым поклонники знаменитого барда стали связывать это место. Теперь жители ждут не концерта, а открытия «Арктики» после многолетнего запустения. В здании бывшего кинотеатра после реконструкции и капремонта должны открыть новый культурно-досуговый центр с театром, творческими студиями, кружками и художественными мастерскими.

i

Внутри памятника советского модернизма спрятано архитектурное сокровище — панно 80-х годов с красочной росписью. Первыми о нём узнали добровольцы Архнадзора. В начале этого года они оказались на стройплощадке, сняли обшивку и увидели панно — предположительно мозаичное. Возникло сомнение в том, что его удастся сохранить. Глава трудкоммуны «Вспомнить всё» Наталья Тарнавская решила: надо спасать. В итоге оказалось, что это не мозаика, с которой трудкоммуна уже работала, а роспись гуашью по керамической плитке. Название придумали сразу — «Северное сияние», рассказывает архитектор-реставратор второй категории Пётр Шутов.

Чем реставраторы напоминают врачей?

«Сначала мы попробовали снять плитку, но увидели, что при прикосновении они начинает рассыпаться, и отказались от этой идеи», — Пётр вспоминает, с чего началась реставрация советского панно. Он проводит экспертизы объектов и контролирует реставрационные процессы для «Вспомнить всё» практически с момента появления проекта в 2012 году.

Пока я шпаклюю небольшие сколы и отверстия на плитке, Пётр говорит о необычной алеатарической технике, в которой она выполнена. Считается, что краска случайно попала на плитку, после чего художники начали импровизировать и постепенно создали изображение с большеглазой девушкой, птицами и звёздами. А ещё 25 кусочков плитки оказались зеркальными — их тоже решили восстановить.

Хотя реставраторы не дают клятву Гиппократа, как и в медицине, в трудовой коммуне действует принцип «не навреди». «Важно сохранять аутентичность и подбирать подобные материалы к подобным. Например, для этого панно изначально использовалась гуашь с ПВА. Эта краска нестойкая, но мы решили не менять её ни на что другое и просто покроем лаком сверху. Этим этапом завершим реставрацию», — говорит Пётр Шутов.

Деликатность вмешательств — далеко не единственное, чем реставраторы напоминают врачей. Как и хирургам, им важно уметь держать в руках скальпель. Только в качестве «пациентов» выступают наслоения краски, старый грунт и загрязнения на важных городских объектах. Сегодня скальпель оказался в руках Марины. Это на работе она уже много лет главный бухгалтер, а в трудкоммуне её знают как сертифицированного волонтёра с навыками реставрации по камню и металлу. В этом году она окончила Школу реставраторов.

«Естественно, нас не допустят до глубокой реставрации. Например, я бы не смогла работать с какими-то серьёзными реагентами, но вполне могу снять несколько слоёв многовековой краски и ржавчины с металла», — говорит Марина, зачищая швы на панно.

Во «Вспомнить всё» она проводит почти каждые выходные. Ей нравится волонтёрить на разных объектах. Видно, что реставрация — это её отдушина и радость. Кроме панно, вместе с трудкоммуной она восстанавливает чугунную ограду усадьбы Демидовых в Большом Толмачёвском переулке.

i

Глядя на волонтёров коммуны, убеждаешься, что реставрация любит любопытствующих. Здание или его детали открываются с неожиданной стороны, пока ты снимаешь старую краску слой за слоем. Со временем появляется азарт и хочется продолжать, чтобы узнать что-то ещё. Так, чугунная ограда долго прятала под слоями краски не только ажурную красоту, но и историю. По ограде можно даже частично проследить, как развивалось сталелитейное дело. Специально для усадьбы её доставляли на конных повозках и телегах. До реставрации мало кто замечал в закрашенной толстым слоем ограде тонкую работу с рельефом 250-летней давности. В трудовую коммуну Марина пришла, потому что ей не хватало творчества и захотелось сразу видеть результат работы. Такая мотивация движет многими волонтёрами-реставраторами. Сегодня в чате сообщества их больше 500 человек.

Какую архитектуру ценят в трудкоммуне?

Смена в трудовой коммуне завершается. За разговором мы не замечаем, как приближаемся к заветной лакировке. Обсуждаем громкие проекты реставрации в регионах. Шутову на ум сразу приходит сказочный терем Асташово в Костромской области. Когда-то дом рисковал полностью сгнить, а добираться к нему приходилось по бездорожью. Ситуацию спас банкир, которого не испугала необходимость собрать терем буквально по кусочкам. Вышло фантастически красиво: с изразцовыми печами, витражами, башенками и множеством оригинальных деталей. Спустя четыре часа шпаклевания сколов и отверстий появляется ощущение, что «глаз замылился» — перестаю видеть сколы на плитке и неровности грунта. Силы остаются только на разговоры об архитектуре. Пётр много ездил по Европе и стал неплохо разбираться в архитектурном разнообразии. По его мнению, зачастую русская архитектура выглядит выигрышнее:

«Сравните наш классицизм с немецким или польским — там и близко нет этой тонкости линий, выверенной геометрии при довольно скромном выборе строительных материалов. А советский конструктивизм? Всегда восхищал меня своей пропорциональностью и лаконичностью. Возможно, в чём-то наш модерн проигрывает французскому. Но уж точно не в разнообразии. А ещё я только со временем осознал, что Гауди для меня чересчур крикливый в сравнении со всей мировой архитектурой».

С июля волонтёры трудкоммуны «Вспомнить всё» приезжали к «Северному сиянию» каждые выходные. За три месяца удалось очистить панно от штукатурки, грязи, клея и восстановить его утраченные фрагменты. Спустя почти три месяца реставрация наконец подходит к концу. Остаётся только покрыть роспись лаком. Записаться на волонтёрскую смену можно по ссылке.